❖Как встал Ленинградский проспект

К 19.00 народу было немного. Группы фанатов и правых парней собирались небольшими компаниями у выхода из метро «Аэропорт». Где-то к 19.20 мы подошли к зданию прокуратуры. У входа в прокуратуру столпилась какая-то иницативная группа и о чём-то беседовала то ли с ментами, то ли с работниками следственного комитета. Всё это снималось на камеру и основная масса стояла вдоль двора. Тем не менее, вокруг входа образовалось плотное кольцо и пробраться туда было нереально. Молодёжь продолжала подходить.

Всё было настолько тихо и спокойно, что в какой-то момент показалось: вот этим УГ всё и закончится. «Постояли-разошлись». Вскоре один из инициативной группы поднялся над толпой и прокричал что-то в духе «всем спасибо, все свободны». Долбануться — думаем — неужели сейчас все разойдутся по домам? Зачем тогда пришли?

В этот момент заметил, что на здании прокуратуры появилась надпись — «Русский бунт». Не успел я разглядеть руны на этом граффити, как из толпы кто-то проорал: «идём перекрывать трассу!». Народ остаётся в непонятках, но масса начинает стягиваться в одну колонну. Снова крики: «перекроем Ленинградку! все на шоссе!». Колонна начинает заряжать «русские вперёд!». Сначала разрозненно, не смело, но вскоре заряд расходится на всю толпу. Стягиваемся в плотный ряд. Над толпой загораются файеры, дымовухи, народ начинает жечь пиротехнику. БАБАХ! — кто-то е*ашит связку каких-то невъебических ракет прямо в подъезд прокуратуры. Меня на какое-то время оглушает. Из ракетницы начинают вылетать заряды, всё крыльцо прокуратуры в дыму и гари. Местные жители в полном ахуе.

Меньше чем через минуту вся масса уже перепрыгивает ограждение трассы. Единичные менты в полной растерянности, они даже не пытаются нас остановить. Вываливаем на дорогу, загораются новые файеры и шашки. Продолжаем заряжать в полную глотку. Машины начинают гудеть, кто-то резко тормозит, из салонов доносится сиплая матершина. Отдельные отчаянные водители пытаются прорваться через оцепление, чуть ли не давя людей. Вскоре выстраивается плотная колонна, движение полностью останавливается. Подтягивается несколько омоновцев, но ничего сделать они не могут. Молча стоят вдоль дороги и наблюдают за нами.

Где-то минут пятнадцать топчемся на месте. Никто не знает, что делать. Вроде своего добились — дорогу перекрыли. Но драйва нужно больше. Все до последнего настроены решительно. Достаточно сказать, что за пределами трассы не осталось почти никого — все вывалили на проезжую часть, акабов никто не зассал. Заряжаем: «один за всех и все за одного!».

Несколько парней выдвигаются вперёд. Колонна направляется в сторону метро «Сокол», идём по проезжей части. «За эти убийства ответят ваши дети!», «А ну-ка, давай-ка, у*бывай отсюда!». Идём по шоссе, на дороге ни одной машины. Поймал себя на мысли, что в отличие от РМ нет ни одной пьяной рожи, за всё время не заметил ни одного карлана. Никаких зиг и прочих «ой-ой-ой».

Х*як! — осыпаются стёкла цветочной палатки. Х*як! — дубинами разбита палатка с шаурмой. По краям идут граффити-райтеры и баллоном выводят на стенах и ларьках «Е*ать Кавказ» и ещё что-то.

Остановились на углу улицы Лизы Чайкиной. Парни вытаскивают на проезжую часть дорожные знаки, бросают в кучу деревянные палки. У ближайшего цветочного ларька экспроприирована железная витрина, на которой обычно выставляются букеты. Горячие головы начинают строительство баррикад. В этот момент к центру дороги стягиваются «космонавты», наши ряды пустеют. Кто-то переходит на тротуар, кто-то бежит во дворы. «Стоять! — крик из толпы — становимся в цепочку и держим дорогу!». Инициатива не поддержена — парни, которые беседовали с ОМОН-ом, дают отбой. Из ментовской компании вылезает крупный омоновский майор, его облепляют люди. Небольшая словесная перепалка, майор предлагает: «Собирайте инициативную группу, завтра все цивильно соберёмся и обсудим». Общее настроение: «иди на*уй». Однако, трасса потеряна. Космонавты выдавливают к пешеходной части остатки толпы.

Сухой итог: Ленинградский проспект стоял больше сорока минут. Шествие прошло от метро «Аэропорт» до угла улицы Лизы Чайкиной, до «Сокола» не дотянули совсем немного. Народу по моим прикидкам было чуть более тысячи человек, максимум полторы.

Это достойный ответ на судебный беспредел. Сегодня власти должны чётко понимать: если не остановить этническую преступность, Москва взорвётся. Перекрытие Ленинградского проспекта — только первый шаг. Не в наших силах вернуть Волкова или Свиридова, но в наших силах оказать такое давление на власть, которое заставит органы вплотную заняться диаспорами.

В противном случае всё закончится «судом Линча». Готовность к которому мы, уверен, продемонстрируем ещё не раз.

Прокоментить:

Руклинок.инфо (c) | © 2009-2017 | Копирование материалов на другие сайты разрешено только с обратной ссылкой. | Как встал Ленинградский проспект