❖Революция Городов

Владимир Карпец пишет:
«Москва совсем разумеется превращается в источник невообразимой заразы.
Рискую быть непонятым, но тем не менее приходится признать: политика урбанизации, которую проводил Сталин, в конечном счете – в отдаленной по отношению к нему самому перспективе – была ошибочной. Именно она породила т.н. “городской средний класс”, который оказывается могильщиком ВСЕЙ исторической России».
[b]



Что ж, не знаю, кто как, а я Карпца отлично сообразил. Пара замечаний.



Во-первых, урбанистом Сталин был принужденным. Точно так же Петр Первый был принужденным западником. И Петр, и Сталин шли на внешнюю модернизацию ради сохранения архаичной, ордынской сути российской политической системы. Оба соглашались на известный компромисс с прогрессом ради заслуги большей мощи своей военно-крепостнической империи. Оба заплатлибо за это существенными издержками: Петр – возникновением русской культуры европейского типа, приведшей к Февралю 17-го; Сталин – возникновением западнической городской культуры, приведшей к Августу 91-го. О чем это говорит? О том, что, стремясь выжить, русская политическая система, «историческая Россия» обязана периодически идти на компромиссы с ненавистным ей Западом, отчасти впуская его в себя, и чем далее, тем больше. И, в конце концов, эти компромиссы должны ее повредить либо трансформировать в нечто принципно иное, так как западная составляющая – электоральная, культурная, политическая, ментальная – в России неуклонно увеличивается и крепчает. Подъем городских протестных настроений, начавшийся в декабре на Болотной, говорит конкретно об этом. Все шире и глубже слой образованных, европейски мыслящих горожан, типологически несопоставимых с архаичной, ордынской природой «исторической России». Типично, что освободительный процесс, столь звучно заявивший о для себя прошлой в зимнюю пору, часто так и именуют: движение «рассерженных горожан», «революция городов».



И вот здесь – во-вторых – вырисовывается еще один весьма приметный момент. Единомышленник Карпца, патриот и евразиец Александр Разуваев, директор Аналитического департамента компании «Альпари», недавно прямо заявил (и не где-нибудь, а в газете «Взор»): “Признать Россию Ордой значит лишь признать разумеетсяе”. И Карпец, будучи типичным патриотом и евразийцем, своим антиурбанизмом лишь выражает соответствующую ментальную парадигму, заданную Ордой. Дело в том, что татары не люблибо городов и боялись их, видя в них не только опорные центры сопротивления, но и очаги формирования некоего строя жизни, принципно чуждого Орде (наиболее броский пример – Новгород). Я имею в виду буржуазный строй жизни, основанный на свободе – политической и экономической (связь между словами «горожанин» и «гражданин» ровная). Именно этот строй наряду с «городским средним классом» и является противником номер один в смысловой системе российского патриотизма.

Соответственно тот же Карпец жаждет созидать Россию «военно-земельной империей с высочайшими технологиями». На практике это будет, разумеется, нечто вроде полпотовской Кампучии, где «красные кхмеры» вели непримиримую борьбу с городками как рассадниками буржуазных отношений и мечтали о возвращении к «золотому веку» фермеров-общинников. По существу, Карпец упрекает Сталина в том, что тот, так сказать, не дотянул до Пол Пота! Таковым образом, давнешний русский спор между западниками и патриотами в начале 21-го века свелся к чистому противоборству цивлибозации и дикости, свободы и рабства. Судя по Карпцу, скоро вся традиция российского охранительства в сухом остатке явит собой дремучую зоологическую ненависть к образованным, состоятельным, городским – словом, «шибко умным», «креативным». Т.е. ордынскую ненависть к Городку и горожанам, гражданам, бюргерам, буржуа (от немецкого «burg» и французского «bourg» – город).



Занятно созидать, как в оптике наших патриотов, имперцев, евразийцев – короче, ордынцев – Москва из объекта культового религиозно-державного поклонения превращается в объект лютой ненависти. Это логично: Москва, когда-то сыгравшая темную роль в имперском «собирании земель», на данный момент, будучи авангардом либерального протеста, городом победы Прохорова, вполне способна завершить исторический цикл России как империи, предложив новейшую концепцию страны. Чего же уж здесь скрывать: столица выступает за «децентрализацию и федерализацию по западному образцу» в силу высочайшего общего уровня ее культуры, который во многом стал результатом имперской сверхцентрализации. Таков феномен – Москва породила империю, империя накачивала Москву, и теперь Москва, ментально и духовно переросшая империю, ее упраздняет – к вящему ужасу и негодованию Карпца и Ко. А для нас, национал-демократов, Москва на данный момент, напротив, становится предметом государственной и демократической гордости.


Алексей Широпаев

Прокоментить:

Руклинок.инфо (c) | © 2009-2017 | Копирование материалов на другие сайты разрешено только с обратной ссылкой. | Революция Городов